Игорь Николаев: Коллапс госдолга США и мировой экономический кризис могут случиться уже при Трампе

Введение импортных пошлин позволили США получить $600 млрд, заявил Дональд Трамп. Правда, на фоне роста госдолга за последний год на $2,3 трлн (это максимальное увеличение показателя за первый год президентства в США), до $38,6 трлн, эта сумма уже не выглядит столь же впечатляющей для экономики страны.

В среднем ставка импортных пошлин в стране достигла рекордных уровней с 1930-х годов — 18−19%.

Экономист, эксперт по финансовым рынкам Ольга Гогаладзе подчеркивает, что, по данным Минфина США, в прошлом году тарифы принесли американскому бюджету только около $200 млрд, а высокий долг уже ограничивает возможность финансировать новые инициативы или бороться с кризисами без еще более масштабных заимствований.

Доцент экономического факультета РУДН Софья Главина напоминает, что полученные средства будут направлены не только на обслуживание долга, но и на социальные выплаты и военные расходы.

По ее словам, США не обанкротятся, но могут войти в «долговую ловушку»: когда повышение обязательств неуправляемо, а ВВП при этом растет медленно.

Эксперт подчеркнула, что чистые процентные выплаты по госдолгу за последние пять лет увеличились втрое, приблизившись к $1 трлн ежегодно. Такое обслуживание уже требует до 15% всех федеральных расходов, пока уступая лишь социальному обеспечению.

Сокращение государственных расходов с высокой вероятностью затронет популярные программы помощи населению, а повышение доходов потребует отмены налоговых льгот или роста внутренних сборов.

Одним из самых заметных последствий первого года второго президентского срока Трампа стало снижение на 10% индекса доллара (DXY), который измеряет его стоимость по отношению к другим иностранным валютам.

Во второй половине января многие инвесторы ускорили продажи долларов на фоне угроз американского президента ввести пошлины против ряда европейских стран во время гренландского политического кризиса.

Однако, несмотря на неопределенность в политике Трампа, пока что мировые инвесторы не спешат выводить деньги из казначейских облигаций США («трежерис»).

Китай продолжает начатую еще с середины 2010-х годов поэтапную диверсификацию активов, уменьшая американские бумаги в своем портфеле. Частично сохранение средств объясняется относительно высокой доходностью по 10-летним облигациям, несмотря на отдельные колебания.

Главный научный сотрудник Института экономики РАН Игорь Николаев в беседе с «СП» отметил необходимость разделения краткосрочных и долгосрочных последствий нововведений, которое успел сделать Трамп с инаугурации в начале 2025 года.

— С точки зрения бухгалтерского подхода рост пошлин вполне выгоден в краткосрочной перспективе. Оценка в $200−300 млрд, полученных от импортных пошлин, выглядит реалистичной. Конечно, $600 млрд, о которых говорит Трамп, — явно завышенное число.

Но нужно учитывать процессы и механизмы, которые стали запускаться введением тарифов. Мировую торговлю достаточно трудно перестроить, но те экономики, против которых были введены пошлины, начинают постепенно менять свои стратегии международного сотрудничества.

Яркий пример — совсем недавнее завершение очень долгих переговоров (на протяжении 19 лет) о создании зоны свободной торговли между Евросоюзом и Индией с отменой и сокращением большинства действующих двусторонних пошлин. Показателен и визит британского премьер-министра Кира Стармера в Китай, по итогам которого Лондон и Пекин заключили сразу 10 соглашений.

То есть крупные игроки начинают переориентировать торговлю, что является существенным негативным долгосрочным фактором для США, хотя точно определить его значение пока невозможно.

К тому же действия Трампа ведут к замедлению роста мировой экономики, также в долгосрочной перспективе. Пока это не проявилось столь явно (мировая экономика росла в 2025 году примерно с той же скоростью, как и в 2024-м), но США как ведущая держава все же будет выигрывать при более ускоренном росте мирового ВВП. Сейчас такого точно не наблюдается.

«СП»: Как снижение курса доллара к корзине мировых валют влияет на американскую экономику?

— Это, безусловно, стимулирует и поддерживает экспорт. Но слабеющая национальная валюта не является долгосрочным позитивным индикатором состояния экономики, несмотря на выигрыш экспортеров.

Не стоит забывать про удорожание импорта. США все еще закупают очень много товаров, а складывавшийся годами товарный дисбаланс (особенно в торговле с Китаем) привел к тому, что Трамп начал вводить повышенные пошлины (американскому президенту удалось сбить дисбаланс, в котором импорт у США больше экспорта, с пиковых $136,4 млрд в марте до $56,8 млрд в ноябре, однако в статистику включены и услуги, которые американцы всегда поставляли больше, чем закупали; к тому же ноябрьский дисбаланс в пользу более высокого импорта сопоставим с показателями 2022−2023 годов, поэтому пока ситуация не поменялась кардинально — «СП»).

На мой взгляд, стратегически, а не с конъюнктурной точки зрения, слабая национальная валюта все же будет негативным фактором.

«СП»: Сколько доллар должен потерять в стоимости, чтобы можно было говорить о его резком ослаблении?

— Все зависит от временной перспективы. Евро и доллар по отношению друг к другу снижались не раз. Бывали и более серьезные колебания, чем снижение доллара к евро на примерно 11−12% в прошлом году.

Более серьезным индикатором будет дальнейшее ослабление американской валюты к евро уже на 20%, но пока совсем уж серьезного обвала доллара мы не видим.

«СП»: В 2025 году ФРС снизила ставку трижды по 0,25 процентного пункта, до 3,5−3,75% годовых. Все это время ходили слухи, что Трамп заставит регулятора чуть ли не обнулить ставку для упрощения поддержания госдолга. Можно ли это считать рациональной стратегией?

— У таких действий будут серьезные последствия. Сверхдешевые доллар и кредиты приведут к ускорению роста цен. Это чистой воды популизм Трампа. ФРС сопротивляется такому решению, потому что отвечает не только за устойчивость доллара, но и фактически за все состояние американской экономики.

«СП»: Можно ли остановить резкий взлет американского госдолга, который наблюдался в 2025 году, и когда он станет совсем уж значительный проблемой при сохранении далеко не самых низких для экономики США процентных ставок?

— Рано или поздно наращивание госдолга закончится не очень хорошо. Много раз говорили, что предел уже пройден, но он продолжает увеличиваться дальше. Но не исключено, что худший сценарий при стремительном росте госдолга может быть реализован даже при текущем президентском сроке Трампа. Хотя сейчас понять, какой объем прироста госдолга приведет к самому негативному варианту, в $2−3 трлн или более каждый год, сказать проблематично.

В случае коллапса американского госдолга нас ожидает мировой экономический кризис, так как сильно обесценивающий в таких обстоятельствах доллар все же будет оставаться основной резервной валютой, несмотря на сокращение его доли в запасах крупнейших экономик.

В таком сценарии начнется паника и бегство инвесторов из доллара, что приведет к резкому торможению роста глобального ВВП, закрытию производственных мощностей и потребления ресурсов по всему миру. Но американская экономика, конечно, пострадает больше остальных.

---

Последние новости о налогах, сборах, штрафах и налоговом законодательстве, - в теме «Свободной Прессы».